Kotka weski willa krasimisse-massinad walmis

СЕМЕЙСТВО РЕЙЗЕМАНН И ИХ РОДНЯ. ЛЕГЕНДА КОТКА ВЕСКИ.
При написании первого варианта моего исследования я уделил основное внимание родам Лилиенфельдов и Мартинсон. Мужская линия обоих родов доминирует в изложении семейной истории. Мужчина глава и кормилец семьи, он дает семье свое родовое имя, свою фамилию и первым записывался в метрические книги и в Ревизские Сказки, с перечислением под его именем остальных членов семейства. Однако не следует забывать, что благодаря матери Природе и замыслу Всевышнего, все мы – человеки, имеем папу и МАМУ! Мама нашего прапрадедушки Густава Оскара Германовича, Мадлена (Магдалена) Мартинсон происходила из рода Рейземанн и с рождения до вступления в брак с Германом носила эту именно фамилию. Мадлена Реземанн-Мартинсон наша с братом пра-пра-прабабушка, праматерь – прямой предок в шестом колене, считая первым наше собственное. Выходит, что мы – ровно настолько Мартинсоны как и Рейземанны. Явный перекос всторону рода Мартинсонов мне удалось частично компенсировать за счет реконструкции жизненного пути Мадлены-Магдалены Рейземанн – жены Германа и матери Константина Рудольфа и Густава Оскара Мартинсонов и еще трех умерших в детском возрасте детей. Я изучил эту часть нашего генеалогического древа по восходящей и нисходящей линиям с некоторым опозданием и теперь включаю в общее повествование. Как я упомянул ранее, родителями Магдалены Мартинсон, урождённой Рейземанн были кыртси – корчмарь-трактирщик Кусто (Густав) Рейземен и его законная жена Анна Хелена урожденная Михельсон Талль (Ann Helena Michelson Tall). Папашей самого Кусто (Густава) являлся Абрам Рейземанн (родился между 1755 и 1760 – умер после 1825). Сведений о нем и о его супруге нам не попадалось. … То что упоминание об этом нашем предке содержится в метрической книге лютеранского евангелического прихода (и в ревизской сказке за 1834 год), говорит о том, что библейское имя Абрама в данном случае не имеет никакого отношения к самому библейскому народу и иудейской религии. Кусто Абрамсон Рейземанн, как и впоследствии его дети и внуки, также прослеживаются по метрическим книгам лютеранской евангелической церкви (рождение, конфирмация, вступление в брак, уход из жизни). Что тут говорить – чухна они (и мы тоже!) да и только! Косвенным подтверждением этнической принадлежности Кусто и его потомков может служить мой собственный анализ ДНК, стоивший мне всего 69 фунтов и выполненный в клинике а США. Моя надежда найти хоть какую тонкую ниточку, связывавшую бы меня с библейским богом избранным народом потерпела фиаско. Анализ выдал на гора мою этническую принадлежность-приговор: 54,9%, центрально-европеец, прибалт -43,5% и финн – 1,6%. Даже русским не нашлось места! Я, впрочем, и ранее подозревал, что единственный русак в мамином семейном древе, ее отец, дед Василий и его родители, проживавшие в лесах на границе Тверской и Московской губерний, скорее являлись потомками живших там с незапамятных дохристианских времён финских племен, нежели колонизировавших эти земли на тысячу лет позднее славян. Стоит только взглянуть на фотографию маминой бабушки, снятой вместе с маленькой мамой-Светой в Павельцево в 1931 году. Видим глядящее с нее на нас лицо типичной чухонки. Остальные мамины предки – все эстонцы, ливонские онемеченные шведы и немцы из Курляндии. Со стороны нашего папы-Славы тоже не все просто получается. Бабушкин отец чех, мама из козаков низового запорожского войска, а там на низу могли «отметиться» за прошедшие бурные столетия, наравне с малороссами, и поляки и литвины. Даром что Горбани. С нашим родом Воронцовых вроде бы должно быть все ясно – русаки-московиты. Ан нет, постойте-погодите. По семейной традиции считается что вышли мы то ли из донских казаков, то ли тоже из запорожских козаков. Моя собственная теория предполагает (документами о тех временах мы не располагаем), что род наш происходит от атамана Воронца, донского казака, давшего начало многочисленным родам Воронцовых. В том числе, одному худородному дворянскому, к коему мы, происходящие из благородных мещан, обывателей города Харькова, никакого отношения не имеем. Мой и Алешин, недавно объявившийся в сети интернета, четвероюродный племянник Василий Игоревич Воронцов, потомок в четвертом колене Архипа Степановича Воронцова утверждает, что наши общие предки происходят из запорожцев, а не донцов. Да кто ж его теперь знает?! Следует иметь в виду, что ареалом обитания наших воронцовских предков в начале века девятнадцатого, а может быть и в середине восемнадцатого, была Харьковская губерния, образованная на территории бывшей Слободской Украины, с 1630-1640-х годов заселявшейся московским государством беженцами с украин Речи Посполитой, с Украины правобережной, заднепровской. В второй половине века восемнадцатого Харьковская губерния граничила с созданной в годы правления Екатерины Великой Славяносербией. Эта пустынная, бывшая «ничейная» территория между Московией и Крымским Ханством волею Матушки Императрицы была заселена преимущественно нашими православными единоверцами, выходцами с Балкан – сербами, черногорцами, влахами. Не исключено, что мужчины из рода Воронцовых могли брать в жены девушек из семей этих бакланских переселенцев. В расшифровке результатов анализа моего ДНК при перечислении народов, описываемых термином «среннеевропеец» перечисляются: чехи, балканцы (сербы, черногорцы, влахи) и поляки. Вот сказал А.С. Пушкин “поскреби русского и найдешь татарина!”, а вот я как ни скреб не нашел ни татарина, ни иудея!
Ну раз уж я занялся «раскопками» по линии рода Рейземанов, то остановиться было уже невозможно. Кусто и Анн Рейземанн имели кроме нашей прародительницы Мадлены-Магдалены еще пять детей. Ниже я даю их перечисление:
Мадис Рейземанн (10.03.1814, Палмсе -??? – в моей хронике упоминается его дочь Элвина Шарлотта Рейземанн-Шифферс (крестная мать Маргариты Элвины Мартинсон), Йоханна Рейземанн-Юханссон (17.05.1817, Палмсе – 04.04.1843), Антон, известный по семейному прозвищу «Котка Вески» – мельник из Котка -(17.01.1822, Палмсе – 03.09.1897, Локса). Антон был отцом пяти дочерей (может быть, что именно благодаря генам рода Рейземанн, переданных ему матерью и наш Оскар Германович с супругой Марией Карловной произвели на свет пять дочерей), Лииза Рейземанн в замужестве Адлер (20.08.1824-25.10.1870) и Юлиана Рейземанн (19.08.1833- после 1854)
Исследуя метрические записи всего семейства, я обнаружил, что дочь Кусто и Анн Лииза Рейземанн, 1824 года рождения, в 1851 году была выдана замуж за некоего Хинрика Адлера (Hinrik ADLER), сына Ягупа Адлера (Jagup (Jacob) Adler), прозванного «Котка Вески». На крестинах их первенца Магнуса Адольфа Адлера (Magnus Adolf Adler) в 1853 году присутствовал дед новорожденного Ягуб (Якоб) Адлер, а восприемниками были: тетка Лиина Мартинсон и ее родной брат, наш пра-пра-прадедушка Герман «Юханович» МАРТИНСОН!!!! Воистину тесен и невелик был мир уроженцев Харьюмаа и Вирумаа, в котором свояк свояка видел из далека!!! Вот обозначились ещё одни родственники, Адлеры. Пусть для нас и не прямые, но, как следует из скупых метрических записей, тогда в 1853 году входившие в близкий круг общения сесмейств Мартинсон и Реземанн. А фамилия то немецкая и звучит то как сладко: «Адлер! – Орел!» Стоп! Но имена то Ягуп, Хинрик, явно эстонские. Тут я заинтересовался и начал копать выше и ниже – по восходящей и по нисходящей линиям древа рода Адлер. Сделал “шаг в сторону” и обнаружил, что Мария Адлер (Maria ADLER), дочь Мадиса Адлера (Madis Adler) – родного брата вышеупомянутого Ягупа Адлера, родившаяся 15 июля 1825 года и прошедшая обряд конфирмации 8 апреля 1843 года, сочеталась браком с Антоном Рейземанном (Anton REISEMAN) 25 сентября 1849 года. Так Рейземанны и Адлеры породнились еще раз! Антон, «не одходя далеко от отчего дома», взял в жены двоюродную сестру Хинрика Адлера… Видно близко сошлись семьи Рейземаннов и Адлеров – и по людски и по деловому. У папаши Кусто корчма, а у папаши Ягупа мельница – прекрасное сочетание! Интересно и то, что по записям 1867-1890 года прозвище «Котка Вески» вместе с мельницой перешло к Антону Рейземану. Пошел я далее вверх про древу и нашел, что отец Хинрика – Магнус Адлер служил писарем в имении графов Стейнбок, что говорит о его грамотности и, несомненно, о доверии, которое ему оказывал граф Стейнбок. Еще выше по древу стоит отец Магнуса и дед Хинрика Ягуп (Якоб) Адлер, по прозвищу «Котка Вески» – мельник из местечка Котка что на реке Валгейыги (Valgejõgi). Где эта Котка и что это за Котка? Нашел ее на карте Эстонии – недалеко от хутора Локса (не путайте с поселком Локса! Хутор Локса стоит как раз на полпути от Котки до большой Локсы). Быстро вышел в интернете на соответствующую страничку и нашел, что название местечка Котка в переводе с эстонского языка значит Орел!!!! По немецки Адлер!!! Котка Вески – Орлиная Мельница!!! Вероятно здесь, подумал я, и кроется решение загадки о немецкой фамилии, и не ошибся. Двинулся искать дальше вверх по семейному древу Адлеров. Отец Ягупа – Якоб Адлер тоже мельник….. И наконец нашел, что первый известный по метрическим записям представитель семейства, тогда еще не носившего фамилию Адлер, прозывался Котка Як Муйке (Kotka Jak Muike). Дальнейшее погружение в историю мельницы Котка Вески и семейства Адлер познакомило меня с легендой об Орле и дало окончательный ответ на загадку о появлении немецкой фамии Адлер в глуши эстонских лесов.
Начну с истории хутора Котка (Kotka – Adler – Орел). Котка относится к приходу Куусалу (Kuusalu) уезда Харью (Harju). Раньше являлась частью имения Кынну (Kõnnu manor). Известна с 1687 как Kotkowetzki (мучная мельница), с 1694-1699 упоминается как Kotkas quarn или Kotka quarn, с 1923 просто Kotka. Вначале на месте нынешнего поселения Котка находилась только мельница неподалеку от хутора Локса. Наименование места, где построили мельницу может происходить как от наименования птицы орел, так и от имени владельцев мельницы, которое звучало первоначально как Котка Вески или Коткавески.
Легенда о Котка Вески. Украденый принц.
Легенда о возникновении названия Котка Вески – Орлиная Мельница была записана и опубликована в 1840 году в «Livländische Ansicht» (автор Stavenhagen). Легенда рассказывала о шведском военначальнике, который после многих войн и походов решил поселиться в идиллической тишине лесов Эстонии в имении Палмсе, полученном в качестве награды за славную службу. Этот шведский генерал был заядлым и умелым охотником, любившим бродить в одиночестве сквозь лесные чащобы с ружьем на плече. Одним прекрасным летним днем, когда жаркое солнце пробилось сквозь облака, генерал вышел к лесной реке. Он невольно взглянул на небо и к своему изумлению увидел вдалеке летящего по направлению к нему большого орла, несущего в своих когтях младенца. Первая же мысль, пришедшая ему на ум была мысль застрелить орла, когда тот подлетит поближе, но, начав заряжать ружье, к своему удивлению генерал обнаружил, что пуль у него нет, закончились! Тогда он без колебаний оторвал серебряную пуговицу от своего сюртука, зарядил пуговицу в ружье и выстрелил. Тут случилось почти чудо: «пуля» попала в орла! Раненый орел выпустил ребенка из когтей и полетел прочь. К счастью, ребенок упал в реку недалеко от берега и не получил телесных повреждений. Быстро выловив дитя из реки генерал обнаружил на шее ребенка золотую цепочку с прикрепленной к ней пластиной. По надписи на пластине он определил, что ребенок является сыном короля из далекой страны (по другой версии – короля Дании). Вернувшись в свое имение, Генерал тут же приказал заложить карету с четверкой лошадей и поспешил на ней к королю. Когда он прибыл в то королевство, во дворце и во всей той стране царило неутешное горе, вызванное исчезновением принца. Какова же была радость когда шведский генерал доставил маленького принца во дворец! Король пожелал наградить героя за такой подвиг златом-серебром и драгоценными каменьями, но наш благородный рыцарь отказался от всех наград. Вернувшись в родную страну он велел поставить мельницу на берегах реки Валгейыги (Valgejõgi), точно на том месте, где ребенок, выроненный орлом, упал в воду, и назвал ее Орлиной Мельницей. Местный народ так и стал ее называть на своем эстонском языке «Котка Вески». Вскоре после описываемых в легенде событий мельницей и близлежащей фермой стал владеть граф Стейнбок. Один из его крепостных людей, очень искуссный ремесленник, будучи за границей решил там остаться и не возвращаться в назад в имение. Управляющий имением смог уговорить беглеца вернуться назад в имение графа. За эту услугу граф Стейнбок даровал мельницу Котка Вески в пожизненное владение детям и внукам того управляющего. Также он даровал управляющему и его потомкам немецкое имя Адлер. Так Адлеры обрели свое фамильное имя задолго до того, как получило свои фамилии большинство эстляндских и лифляндских туземных жителей. Потомки первого Адлера владели мельницей примерно до последней трети XIX века (до 1864 года), когда владение вместе с мельницей было продано барону фон Ферзен (von Fersen).
Напоследок хочу поведать о судьбе потомков семьи Адлер. Хинрик и Лииза Адлер имели в браке двух детей – сына Магнуса Адольфа и дочь Катарину Адельгейду. Магнус Адольф Адлер в 1870 году – в один год с Гуго Лилиенфельдом – поступил в Штурманское Училище в Кронштадте. Его имя и год поступления я обнаружил в сводном списке учащихся училища. Магнусу было на момент поступления уже 17 лет (Гуго Лилиенфельд поступил в училище в 15 ½ лет, а Юлиус в 14 ½ лет). Вероятно, ему потребовалось больше времени на подготовку, и учебу ему оплачивал дядя – «Котка Вески» Антон Рейземанн (отец Магнуса Адольфа – «Котка Вески» Ягуп Адлер умер в 1869 году) из денег, вырученных от продажи мельницы. Сам Магнус Адольф при неизвестных нам обстоятельствах погиб во время несения службы в Кронштадте в 1873 году. В метрической книге записаны данные о смерти Магнуса с припиской «офицер». Возможно, что к моменту поступления в Штурманское Училище у него было полное реальное образование и курс его обучения в училище до производства в прапорщики мог составлять три года. Сестра Магнуса – Катерина Адельгейда Адлер умерла в возрасте 25 лет, так и не успев вступить в брак и обзавестись детьми. На этом ветвь родового древа Хинрика и Лиизы пресеклась. Только две дочери Антона Рейземанна и Марии Адлер – Ольга Юлиана и Аделе Хенриетта Амалия дожили до зрелого возраста, но только одна – Аделе была замужем (дважды), но детей не имела. Фамилия Адлер все еще существует в Эстонии. Вероятно, носителями её являются потомки ранее «отпочковавшихся» от семейного древа ветвей рода Адлер.

One Reply to “Kotka weski willa krasimisse-massinad walmis”

DR. Andrei Vortontsov, descendant of Herman Martinson and Madlene (Magdalene) Reiseman. Home sddress: 50 Lamplighters Walk, Trowbridge, BA14 0NF, United Kingdom ütleb:

13.10.2019, 14:04

СЕМЕЙСТВО РЕЙЗЕМАНН И ИХ РОДНЯ. ЛЕГЕНДА КОТКА ВЕСКИ.
При написании первого варианта моего исследования я уделил основное внимание родам Лилиенфельдов и Мартинсон. Мужская линия обоих родов доминирует в изложении семейной истории. Мужчина глава и кормилец семьи, он дает семье свое родовое имя, свою фамилию и первым записывался в метрические книги и в Ревизские Сказки, с перечислением под его именем остальных членов семейства. Однако не следует забывать, что благодаря матери Природе и замыслу Всевышнего, все мы – человеки, имеем папу и МАМУ! Мама нашего прапрадедушки Густава Оскара Германовича, Мадлена (Магдалена) Мартинсон происходила из рода Рейземанн и с рождения до вступления в брак с Германом носила эту именно фамилию. Мадлена Реземанн-Мартинсон наша с братом пра-пра-прабабушка, праматерь – прямой предок в шестом колене, считая первым наше собственное. Выходит, что мы – ровно настолько Мартинсоны как и Рейземанны. Явный перекос всторону рода Мартинсонов мне удалось частично компенсировать за счет реконструкции жизненного пути Мадлены-Магдалены Рейземанн – жены Германа и матери Константина Рудольфа и Густава Оскара Мартинсонов и еще трех умерших в детском возрасте детей. Я изучил эту часть нашего генеалогического древа по восходящей и нисходящей линиям с некоторым опозданием и теперь включаю в общее повествование. Как я упомянул ранее, родителями Магдалены Мартинсон, урождённой Рейземанн были кыртси – корчмарь-трактирщик Кусто (Густав) Рейземен и его законная жена Анна Хелена урожденная Михельсон Талль (Ann Helena Michelson Tall). Папашей самого Кусто (Густава) являлся Абрам Рейземанн (родился между 1755 и 1760 – умер после 1825). Сведений о нем и о его супруге нам не попадалось. … То что упоминание об этом нашем предке содержится в метрической книге лютеранского евангелического прихода (и в ревизской сказке за 1834 год), говорит о том, что библейское имя Абрама в данном случае не имеет никакого отношения к самому библейскому народу и иудейской религии. Кусто Абрамсон Рейземанн, как и впоследствии его дети и внуки, также прослеживаются по метрическим книгам лютеранской евангелической церкви (рождение, конфирмация, вступление в брак, уход из жизни). Что тут говорить – чухна они (и мы тоже!) да и только! Косвенным подтверждением этнической принадлежности Кусто и его потомков может служить мой собственный анализ ДНК, стоивший мне всего 69 фунтов и выполненный в клинике а США. Моя надежда найти хоть какую тонкую ниточку, связывавшую бы меня с библейским богом избранным народом потерпела фиаско. Анализ выдал на гора мою этническую принадлежность-приговор: 54,9%, центрально-европеец, прибалт -43,5% и финн – 1,6%. Даже русским не нашлось места! Я, впрочем, и ранее подозревал, что единственный русак в мамином семейном древе, ее отец, дед Василий и его родители, проживавшие в лесах на границе Тверской и Московской губерний, скорее являлись потомками живших там с незапамятных дохристианских времён финских племен, нежели колонизировавших эти земли на тысячу лет позднее славян. Стоит только взглянуть на фотографию маминой бабушки, снятой вместе с маленькой мамой-Светой в Павельцево в 1931 году. Видим глядящее с нее на нас лицо типичной чухонки. Остальные мамины предки – все эстонцы, ливонские онемеченные шведы и немцы из Курляндии. Со стороны нашего папы-Славы тоже не все просто получается. Бабушкин отец чех, мама из козаков низового запорожского войска, а там на низу могли «отметиться» за прошедшие бурные столетия, наравне с малороссами, и поляки и литвины. Даром что Горбани. С нашим родом Воронцовых вроде бы должно быть все ясно – русаки-московиты. Ан нет, постойте-погодите. По семейной традиции считается что вышли мы то ли из донских казаков, то ли тоже из запорожских козаков. Моя собственная теория предполагает (документами о тех временах мы не располагаем), что род наш происходит от атамана Воронца, донского казака, давшего начало многочисленным родам Воронцовых. В том числе, одному худородному дворянскому, к коему мы, происходящие из благородных мещан, обывателей города Харькова, никакого отношения не имеем. Мой и Алешин, недавно объявившийся в сети интернета, четвероюродный племянник Василий Игоревич Воронцов, потомок в четвертом колене Архипа Степановича Воронцова утверждает, что наши общие предки происходят из запорожцев, а не донцов. Да кто ж его теперь знает?! Следует иметь в виду, что ареалом обитания наших воронцовских предков в начале века девятнадцатого, а может быть и в середине восемнадцатого, была Харьковская губерния, образованная на территории бывшей Слободской Украины, с 1630-1640-х годов заселявшейся московским государством беженцами с украин Речи Посполитой, с Украины правобережной, заднепровской. В второй половине века восемнадцатого Харьковская губерния граничила с созданной в годы правления Екатерины Великой Славяносербией. Эта пустынная, бывшая «ничейная» территория между Московией и Крымским Ханством волею Матушки Императрицы была заселена преимущественно нашими православными единоверцами, выходцами с Балкан – сербами, черногорцами, влахами. Не исключено, что мужчины из рода Воронцовых могли брать в жены девушек из семей этих бакланских переселенцев. В расшифровке результатов анализа моего ДНК при перечислении народов, описываемых термином «среннеевропеец» перечисляются: чехи, балканцы (сербы, черногорцы, влахи) и поляки. Вот сказал А.С. Пушкин “поскреби русского и найдешь татарина!”, а вот я как ни скреб не нашел ни татарина, ни иудея!
Ну раз уж я занялся «раскопками» по линии рода Рейземанов, то остановиться было уже невозможно. Кусто и Анн Рейземанн имели кроме нашей прародительницы Мадлены-Магдалены еще пять детей. Ниже я даю их перечисление:
Мадис Рейземанн (10.03.1814, Палмсе -??? – в моей хронике упоминается его дочь Элвина Шарлотта Рейземанн-Шифферс (крестная мать Маргариты Элвины Мартинсон), Йоханна Рейземанн-Юханссон (17.05.1817, Палмсе – 04.04.1843), Антон, известный по семейному прозвищу «Котка Вески» – мельник из Котка -(17.01.1822, Палмсе – 03.09.1897, Локса). Антон был отцом пяти дочерей (может быть, что именно благодаря генам рода Рейземанн, переданных ему матерью и наш Оскар Германович с супругой Марией Карловной произвели на свет пять дочерей), Лииза Рейземанн в замужестве Адлер (20.08.1824-25.10.1870) и Юлиана Рейземанн (19.08.1833- после 1854)
Исследуя метрические записи всего семейства, я обнаружил, что дочь Кусто и Анн Лииза Рейземанн, 1824 года рождения, в 1851 году была выдана замуж за некоего Хинрика Адлера (Hinrik ADLER), сына Ягупа Адлера (Jagup (Jacob) Adler), прозванного «Котка Вески». На крестинах их первенца Магнуса Адольфа Адлера (Magnus Adolf Adler) в 1853 году присутствовал дед новорожденного Ягуб (Якоб) Адлер, а восприемниками были: тетка Лиина Мартинсон и ее родной брат, наш пра-пра-прадедушка Герман «Юханович» МАРТИНСОН!!!! Воистину тесен и невелик был мир уроженцев Харьюмаа и Вирумаа, в котором свояк свояка видел из далека!!! Вот обозначились ещё одни родственники, Адлеры. Пусть для нас и не прямые, но, как следует из скупых метрических записей, тогда в 1853 году входившие в близкий круг общения сесмейств Мартинсон и Реземанн. А фамилия то немецкая и звучит то как сладко: «Адлер! – Орел!» Стоп! Но имена то Ягуп, Хинрик, явно эстонские. Тут я заинтересовался и начал копать выше и ниже – по восходящей и по нисходящей линиям древа рода Адлер. Сделал “шаг в сторону” и обнаружил, что Мария Адлер (Maria ADLER), дочь Мадиса Адлера (Madis Adler) – родного брата вышеупомянутого Ягупа Адлера, родившаяся 15 июля 1825 года и прошедшая обряд конфирмации 8 апреля 1843 года, сочеталась браком с Антоном Рейземанном (Anton REISEMAN) 25 сентября 1849 года. Так Рейземанны и Адлеры породнились еще раз! Антон, «не одходя далеко от отчего дома», взял в жены двоюродную сестру Хинрика Адлера… Видно близко сошлись семьи Рейземаннов и Адлеров – и по людски и по деловому. У папаши Кусто корчма, а у папаши Ягупа мельница – прекрасное сочетание! Интересно и то, что по записям 1867-1890 года прозвище «Котка Вески» вместе с мельницой перешло к Антону Рейземану. Пошел я далее вверх про древу и нашел, что отец Хинрика – Магнус Адлер служил писарем в имении графов Стейнбок, что говорит о его грамотности и, несомненно, о доверии, которое ему оказывал граф Стейнбок. Еще выше по древу стоит отец Магнуса и дед Хинрика Ягуп (Якоб) Адлер, по прозвищу «Котка Вески» – мельник из местечка Котка что на реке Валгейыги (Valgejõgi). Где эта Котка и что это за Котка? Нашел ее на карте Эстонии – недалеко от хутора Локса (не путайте с поселком Локса! Хутор Локса стоит как раз на полпути от Котки до большой Локсы). Быстро вышел в интернете на соответствующую страничку и нашел, что название местечка Котка в переводе с эстонского языка значит Орел!!!! По немецки Адлер!!! Котка Вески – Орлиная Мельница!!! Вероятно здесь, подумал я, и кроется решение загадки о немецкой фамилии, и не ошибся. Двинулся искать дальше вверх по семейному древу Адлеров. Отец Ягупа – Якоб Адлер тоже мельник….. И наконец нашел, что первый известный по метрическим записям представитель семейства, тогда еще не носившего фамилию Адлер, прозывался Котка Як Муйке (Kotka Jak Muike). Дальнейшее погружение в историю мельницы Котка Вески и семейства Адлер познакомило меня с легендой об Орле и дало окончательный ответ на загадку о появлении немецкой фамии Адлер в глуши эстонских лесов.
Начну с истории хутора Котка (Kotka – Adler – Орел). Котка относится к приходу Куусалу (Kuusalu) уезда Харью (Harju). Раньше являлась частью имения Кынну (Kõnnu manor). Известна с 1687 как Kotkowetzki (мучная мельница), с 1694-1699 упоминается как Kotkas quarn или Kotka quarn, с 1923 просто Kotka. Вначале на месте нынешнего поселения Котка находилась только мельница неподалеку от хутора Локса. Наименование места, где построили мельницу может происходить как от наименования птицы орел, так и от имени владельцев мельницы, которое звучало первоначально как Котка Вески или Коткавески.
Легенда о Котка Вески. Украденый принц.
Легенда о возникновении названия Котка Вески – Орлиная Мельница была записана и опубликована в 1840 году в «Livländische Ansicht» (автор Stavenhagen). Легенда рассказывала о шведском военначальнике, который после многих войн и походов решил поселиться в идиллической тишине лесов Эстонии в имении Палмсе, полученном в качестве награды за славную службу. Этот шведский генерал был заядлым и умелым охотником, любившим бродить в одиночестве сквозь лесные чащобы с ружьем на плече. Одним прекрасным летним днем, когда жаркое солнце пробилось сквозь облака, генерал вышел к лесной реке. Он невольно взглянул на небо и к своему изумлению увидел вдалеке летящего по направлению к нему большого орла, несущего в своих когтях младенца. Первая же мысль, пришедшая ему на ум была мысль застрелить орла, когда тот подлетит поближе, но, начав заряжать ружье, к своему удивлению генерал обнаружил, что пуль у него нет, закончились! Тогда он без колебаний оторвал серебряную пуговицу от своего сюртука, зарядил пуговицу в ружье и выстрелил. Тут случилось почти чудо: «пуля» попала в орла! Раненый орел выпустил ребенка из когтей и полетел прочь. К счастью, ребенок упал в реку недалеко от берега и не получил телесных повреждений. Быстро выловив дитя из реки генерал обнаружил на шее ребенка золотую цепочку с прикрепленной к ней пластиной. По надписи на пластине он определил, что ребенок является сыном короля из далекой страны (по другой версии – короля Дании). Вернувшись в свое имение, Генерал тут же приказал заложить карету с четверкой лошадей и поспешил на ней к королю. Когда он прибыл в то королевство, во дворце и во всей той стране царило неутешное горе, вызванное исчезновением принца. Какова же была радость когда шведский генерал доставил маленького принца во дворец! Король пожелал наградить героя за такой подвиг златом-серебром и драгоценными каменьями, но наш благородный рыцарь отказался от всех наград. Вернувшись в родную страну он велел поставить мельницу на берегах реки Валгейыги (Valgejõgi), точно на том месте, где ребенок, выроненный орлом, упал в воду, и назвал ее Орлиной Мельницей. Местный народ так и стал ее называть на своем эстонском языке «Котка Вески». Вскоре после описываемых в легенде событий мельницей и близлежащей фермой стал владеть граф Стейнбок. Один из его крепостных людей, очень искуссный ремесленник, будучи за границей решил там остаться и не возвращаться в назад в имение. Управляющий имением смог уговорить беглеца вернуться назад в имение графа. За эту услугу граф Стейнбок даровал мельницу Котка Вески в пожизненное владение детям и внукам того управляющего. Также он даровал управляющему и его потомкам немецкое имя Адлер. Так Адлеры обрели свое фамильное имя задолго до того, как получило свои фамилии большинство эстляндских и лифляндских туземных жителей. Потомки первого Адлера владели мельницей примерно до последней трети XIX века (до 1864 года), когда владение вместе с мельницей было продано барону фон Ферзен (von Fersen).
Напоследок хочу поведать о судьбе потомков семьи Адлер. Хинрик и Лииза Адлер имели в браке двух детей – сына Магнуса Адольфа и дочь Катарину Адельгейду. Магнус Адольф Адлер в 1870 году – в один год с Гуго Лилиенфельдом – поступил в Штурманское Училище в Кронштадте. Его имя и год поступления я обнаружил в сводном списке учащихся училища. Магнусу было на момент поступления уже 17 лет (Гуго Лилиенфельд поступил в училище в 15 ½ лет, а Юлиус в 14 ½ лет). Вероятно, ему потребовалось больше времени на подготовку, и учебу ему оплачивал дядя – «Котка Вески» Антон Рейземанн (отец Магнуса Адольфа – «Котка Вески» Ягуп Адлер умер в 1869 году) из денег, вырученных от продажи мельницы. Сам Магнус Адольф при неизвестных нам обстоятельствах погиб во время несения службы в Кронштадте в 1873 году. В метрической книге записаны данные о смерти Магнуса с припиской «офицер». Возможно, что к моменту поступления в Штурманское Училище у него было полное реальное образование и курс его обучения в училище до производства в прапорщики мог составлять три года. Сестра Магнуса – Катерина Адельгейда Адлер умерла в возрасте 25 лет, так и не успев вступить в брак и обзавестись детьми. На этом ветвь родового древа Хинрика и Лиизы пресеклась. Только две дочери Антона Рейземанна и Марии Адлер – Ольга Юлиана и Аделе Хенриетта Амалия дожили до зрелого возраста, но только одна – Аделе была замужем (дважды), но детей не имела. Фамилия Адлер все еще существует в Эстонии. Вероятно, носителями её являются потомки ранее «отпочковавшихся» от семейного древа ветвей рода Адлер.

One Reply to “Kotka weski willa krasimisse-massinad walmis”

Lisa kommentaar Tühista vastus